Территория (2014)

По одноимённому роману Олега Куваева

Режиссёр Александр Мельник

В ролях: Константин Лавроненко, Григорий Добрыгин, Егор Бероев, Ксения Кутепова, Евгений Цыганов, Тамара Обутова

Посмотреть можно здесь.

Посмотреть экранизацию 1978 года (с музыкой Эдуарда Артемьева) можно здесь.

terr5

Придётся в этот раз без шуточек. «Территория», самая красивая агитка в новейшей истории российского кино, – это большой, красочный, дорогостоящий, поддержанный «Внешэкономбанком», Медведевым и лично Путиным плевок в лицо нескольких поколений советских и российских женщин-геологов. Плевок во имя идеологической и эстетической цельности патриархального, имперского и насквозь вторичного путинского «большого стиля».

Сейчас поясню, если вы не видели.

Во-первых, женщины-геологи в «Территории» отсутствуют как явление. Там есть журналистка из Ленинграда. Есть секретарь Лидия Марковна в управлении Территории. Мелькает одна жена героического геолога и одна туземная любовь ещё более героического геолога, Тамара, представительница Нацменьшинства Без Названия, которая и оленя на скаку остановит, и кротко очи потупит, когда надо.

А среди героических геологов женщин нет. Вообще. Ноль. Хуже того, журналистку, приехавшую писать про суперменов-геологов, ни разу не берут в партию – там, видите ли, грязь, мат и холодно. Молодую жену геолога в партию берут, но через несколько дней отправляют обратно, и очень мужественный Пётр Фёдоров очень мужественно гибнет вместе с трактором, доставляя хрупкую даму в цивилизацию.

Во-вторых, отсутствие женщин-геологов в «Территории»-2014 не спишешь на верность оригиналу. В отличие от романа Куваева и от камерной постановки 1978 года, «Территория»-2014 – это не история про то, как группа геологов нашла золото. Это эпос про Смысл Жизни и Нашу Великую Страну, снятый в жанре «гламурный закос под оттепель».

terr3

То есть верность оригиналу – последнее, что беспокоило снимателей «Территории». Сюжет Куваева перетащили в начало 60-х, геологов Куваева одели в зимнюю коллекцию парижских мод для бородатых хипстеров, их заставили вслух читать журнал о красотах «Советской Литвы», пастуха Кьяе превратили из человека в Волшебного Чукчу (наш колониальный ответ Волшебному Негру), из Чинкова сделали патологического самодура, в Баклакова зачем-то выстрелили, Петра Фёдорова вытащили с осколком в сердце прямо из фильма «Сталинград», чтоб он Повспоминал О Войне, а под занавес, ёжкин fucking кот, запустили до кучи Гагарина в космос. Под звуки Кобзона:

Забота у нас простая, забота наша такая,

Жила бы страна родная, и нету других забот…

На всё это наклеили посвящение: «Нашим родителям, осуществившим послевоенную мечту о большой, мирной и счастливой жизни». Осуществившим. Мечту о счастливой жизни. В мирном и счастливом сэсэсэре, нафантазированном дважды: сначала в советском кино, а потом в путинских подделках под советское кино.

Для всего, короче, место нашлось. И только женщин-геологов было западло вписать в эту переосмысленную «Территорию». И это притом что действие в 1960-61 гг. Притом что см. послесловие.

Про тест Бехдель я даже не буду. Не смешно.

НЕЗАЧЁТ 1/3

terr7

Послесловие

Скажу вот что. Требовать, чтобы в пафосной киноагитке о советских геологах, снятой в XXI веке, была хотя бы одна женщина-геолог, – это не новомодный бзик и не пресловутая попытка «переписать историю» в угоду страшной и ужасной политкорректности. Женщины-геологи – настолько общее место в искусстве и реальности послевоенного СССР, что мне даже немного неловко приводить примеры.

Но я всё же приведу. Начну с искусства.

Тысячи советских девчонок, включая мою маму 46-го года рожд., мечтали пойти на геолого-разведочный, наслушавшись песни Ирины Бржевской:

Я уехала в знойные степи,

Ты ушёл на разведку в тайгу,

Надо мною лишь солнце палящее светит,

Над тобою лишь кедры в снегу…

Лучше друга нигде не найду я,

Мы геологи оба с тобой,

Мы умеем и в жизни руду дорогую

Отличать от породы пустой.

«Дикая собака Динго» (1962), один из шедевров оттепельного кино, если помните, начинается с того, что юная Галина Польских мечтательно ловит рыбу, а голос за кадром сообщает:

— …ей хотелось быть геологом и при этом немного петь.

В «Неотправленном письме» Калатозова (1959), главном оттепельном фильме о подвиге геологов (блин, как же я его люблю), алмазы для Советской Родины вместе с Ливановым и Смоктуновским ищет Татьяна Самойлова. Она их, кстати, в конце концов первая и находит. А вот гибнет она не первая. Шагает, как терминатор, сквозь пургу и держится почти до последнего.

pismo2

Если кто хочет пример из литературы, то был, например, такой добрый советский писатель Георгий Гуревич. Писал он, среди прочего, производственную фантастику про геологов-разведчиков, вооружённых невиданными советскими приборами для рентгена недр («На прозрачной планете», «Подземная непогода»). Эталоном феминизма прозу Гуревича не назовёшь, но активных женских персонажей в его геолого-разведочных повестях больше, чем во всей прозе Стругацких. Зацените цитату (1963):

gurevich

«[Опытный геолог] Галя помогает [студентке-практикантке] Елене переобуться, озабоченно рассматривает пузыри на стройных ногах девушки и говорит наставительно:

— Ходьба – серьезное дело для геолога. Вы не идете, а доставляете себя к месту работы. В Москве вы имеете право оступиться, там ходьба – ваше частное дело. Если вы оступитесь здесь, сами не сможете работать и товарищей заставите возиться с вами. Пузырь на ноге — все равно, что прогул».

И т. д.

Теперь примеры из реальности. Сотни девчонок не только мечтали, но и становились геологами. Вот лишь несколько самых известных:

Вера Варсанофьева (1890 — 1976)

Varsanofieva-post-1990

«Первая женщина, получившая учёную степень доктора геолого-минералогических наук… В 1921—1924 годах проводила исследования, преимущественно в горной полосе Северного Урала… В 1925—1956 годах преподавала во 2-м МГУ (с 1930 — МГПИ им. В. И. Ленина), где читала свой оригинальный курс минералогии и геологии, включавший основы палеонтологии и лекции по динамической и исторической геологии».

Татьяна Устинова (1913—2009)

Ustinova_6

Первооткрывательница Долины гейзеров на Камчатке.

Наталия Сарсадских (1916—2013) и работавшая по её методу Лариса Попугаева (1923—1977):

«Метод пироповой съёмки, разработанный Наталией Сарсадских, привёл Ларису Анатольевну к историческому открытию. 21 августа 1954 года на левом берегу реки Дьяхи Лариса Попугаева и рабочий Федор Беликов открыли кимберлитовую трубку «Зарница». Это было первое в СССР коренное месторождение алмазов, с которого фактически началась вся алмазодобывающая промышленность Якутии…

Попугаева

В связи с открытием первого коренного месторождения алмазов Н. Н. Сарсадских и Л. А. Попугаева в 1957 году были представлены к Ленинской премии, однако их фамилии были вычеркнуты из списка, и они были награждены орденами: Н. Н. Сарсадских – орденом Трудового Красного Знамени, а Л. А. Попугаева – орденом Ленина. Кроме того, в 1970 году Ларисе Попугаевой было присвоено звание «Первооткрыватель месторождения», а о заслугах Наталии Сарсадских забыли и не вспоминали много лет».

Или вот, смотрите, какой есть список:

сахароваит

мозговаит

новгородоваит

шадлунит

телюшенкоит

петровскаит

митряеваит

Вы правильно угадали. Это минералы, названные в честь их первооткрывательниц. Советских и постсоветских женщин-геологов.

К. З.

Реклама

Алые паруса (1961)

Режиссёр Александр Птушко

В главных ролях: Анастасия Вертинская, Василий Лановой, Иван Переверзев, Елена Черемшанова, Александр Лупенко, Антонина Кончакова

Посмотреть можно здесь.

1441013925_parusa01

Начнём с хорошего (настроения). В хорошем настроении «Алые паруса» можно описать как высокую кинотрагедию про отца-одиночку Лонгрена, который стоически поит дочку молоком из бутылочки, стирает бельё и прививает ребёнку любовь к творчеству, а также к частному предпринимательству. Они модельки кораблей вместе делают на продажу, если помните.

Но в один ужасный день Ассоль случайно набредает на матёрый патриархат в лице старого хрыча-волшебника Эгля. И всё прогрессивное воспитание накрывается гендерным тазом, потому что Эгль закладывает в башку бедной девочке мечту об алых парусах, на которых приплывёт богатый муж и увезёт её в благоденствие. Судомодельный бизнес и прочая самореализация в мечте не фигурируют.

Но креативщица Ассоль сдаётся не сразу. Она в одной сцене даже говорит с душевным подъёмом: «Моя работа не скучная. Мне только всё хочется придумать особенное». Если б капитан Грей, он же беглый аристократ с лицом Курагина и Вронского, помешанный на дискурсе и субкультуре моряцкого мачизма, – в общем, если б этот лощёный проходимец в шляпе не воспользовался юношескими фантазиями семнадцатилетней девушки и не злоупотребил служебным положением, обвесив мачты красным шёлком общей длиной в 2000 м., – короче, если б вот этого всего не случилось, может, и придумала бы Ассоль что-нибудь особенное. Механическую модель шлюпки запатентовала бы с гребущими вёслами, ну или я не знаю что. То есть какой-то отблеск альтернативной судьбы в «Алых парусах» просматривается при большом желании.

screenshot_1

Ещё из хорошего есть мессэдж против семейного насилия. Маленькая Ассоль так прямо волшебнику Эглю и говорит про обещанного принца под алыми парусами: «Я бы его любила! Если он не дерётся!» То есть имеются какие-то к принцу требования помимо парусов, командной должности и неуёмного счастья без подробностей. Надо, чтоб не бил. Не густо, но и на том спасибо.

Наконец, плюс за то, что родовые язвы капитализма показаны через попытку изнасилования в модном нынче стиле «Дональд Трамп». Мери, мама Ассоль, в начале фильма идёт деньги просить в долг у трактирщика Меннерса, потому что муж в дальнем плаванье, а пособие на ребёнка не платят. Место действия однозначно не Скандинавия – ни по климату, ни по уровню социальной защищённости. Трактирщик Меннерс, посулив денег, плотоядно лыбится, приказывает Мери «быть с ним поласковей» и начинает лапать.

А, ну и раз я начало фильма вспомнил, то отмечу заодно, что «Алые Паруса» чуть не прошли тест Бехдель. На восьмой минуте есть вполне зачётный по содержанию диалог между Мери и её соседкой про то, что дома у Мери шаром покати. Но соседка в титрах так и называется: «Соседка». Мери и Лонгрен к ней тоже иначе не обращаются: «Спасибо тебе, соседка!» – говорят. С одной стороны, это уже почти имя собственное получается, а с другой стороны, да ну меня с моими лингвистическими финтами.

Теперь рассмотрим «Алые паруса» в менее выгодном свете. Вернее, лучше не будем. Вдруг кто-нибудь «Алые паруса» видел/а в детстве и дорожит светлой памятью до сих пор. Мне-то легко говорить: я «Алые паруса» по советскому телевизору не смотрел и даже ни одной книжки А. Грина до середины дочитать не смог, сколько ни пытался всю жизнь. (Зато гриновская глава в «Больших пожарах» классная.)

alye-parusa-03

Добавлю, в общем, только одно. Ассоль – это, конечно, наша отечественная Manic Pixie Dream Girl, в классическом, незатрёпанном значении этого великого термина с парой поправок на советскую специфику.

«Причудлив её разговор» (цитата), включая громкое общение с деревьями и солнцем. Обворожительно инфантильны её повадки, несмотря на трудное детство с пролетарским отцом-одиночкой. К чему она стремится, помимо жениха с красными парусами, никому неведомо. Жених-то, вон, в море стремился, от папы сбежал, капитаном Грейем стал дальнего плаванья. Благородных террористов спасает от преследований кровавого режима. Один раз было затосковал («мне грустно, вернее, тревожно») – и тут же на берегу нашлась красивая мечтательная девочка с милыми странностями и в красных чулочках, которая готова выскочить за него замуж, даже не познакомившись.

Раньше, когда нужно было Manic Pixie Dream Girl по-русски сказать, я мучился всегда. А тут смотрю «Алые паруса», и понимаю: не надо выдумывать велосипед. «Ассоль» – это и есть лучший перевод Manic Pixie Dream Girl на русский язык.

На этом грандиозном филологическом открытии стоило бы закруглиться. Но мне ещё покоя не даёт сцена, в которой Ассоль, наговорившись с деревьями, засыпает прямо на берегу. А там, по берегу этому, матросы ходят, употреблявшие спиртные напитки накануне. «Посмотри-ка на неё, — говорит один романтичный матрос другому. — Что, хороша?» Фильм-то, ясное дело, советский и сказочный. Спящая девочка отделывается тем, что ей без спросу надевают немытое чужое кольцо на палец. Но смотрю я на это, и очень хочется дисклеймер вклеить через всю сцену: мол, уважаемые девушки, не воспроизводите такую модель поведения в домашних условиях. Не стоит быть Ассолью там, где тусуются пьяные матросы.

НЕЗАЧЁТ 2/3

К. З.

См. также комментарии к этой записи.

1398259943_alye-parusa-3

Конец прекрасной эпохи (2015)

Режиссёр Станислав Говорухин

В главных ролях: Иван Колесников, Светлана Ходченкова, Борис Каморзин, Фёдор Добронравов, Кярт Таммярв, Элина Пяхклимяги

Трейлер можно посмотреть здесь.

кпэ3

Жить в эпоху свершений, имея возвышенный нрав,
к сожалению трудно. Красавице платье задрав,
видишь то, что искал, а не новые дивные дивы.
Из выстраданного стихотворения И. Бродского «Конец прекрасной эпохи», 1969 г.

«Конец прекрасной эпохи» — гимн вечно хмельной аристократии пера и пениса, то есть советской творческой интеллигенции мужского пола. Журналисты «Советской Эстонии», которых Говорухин извлёк из довлатовского «Компромисса» и упаковал в чёрно-белый глянец, занимаются примерно тем же, чем занимались креативные дворяне Золотого Века русской поэзии: служат Бахусу, ездят по актрисам, лицемерят ради положения в свете, строчат крамольные вирши, не подлежащие печати, и мучаются от окаянности бытия.

Короче, как отмечает довлатовский первоисточник, «[в] жизни газетчика есть всё, чем прекрасна жизнь любого достойного мужчины». Однако если в Золотом Веке русской поэзии вольнодумных пиитов обслуживали крепостные, то страдающих журналистов в золотые годы застоя обслуживают женщины. Тут, как ни крути, налицо известная демократизация. Ведь женщины — не крепостные. В том смысле, что они гораздо дешевле. Доступны даже разночинцу.

На протяжении фильма жещины подают героям мужского пола еду, подносят им спиртные напитки, печатают их тексты на пишущих машинках, обеспечивают им эротический досуг, а также рожают им детей.

кпэ10

В крайнем случае, если ещё не рожают, то хотят рожать им детей: «Ты совершенно безответственный. Как жаворонок. Нет адреса, нет цели, нет имущества… Нет глубоких привязанностей… Да не хочу я замуж! И какой из тебя жених?.. Просто я хочу ребёнка…» Это слова Марины, которая любит главного героя Лентулова и мучается. Переживает, что она для него лишь «точка в пространстве». При этом других женщин Марина, как того и требует интернализованный сексизм, называет «отвратительными, грязными шлюхами». И добавляет: «Не понимаю, что они к тебе липнут».

На вечеринке у диссидентствующего эстонского интеллектуала женщины танцуют и очень стильно выглядят. Более того, они смотрят вместе с мужчинами финское телевидение, которое, в отличие от советского, показывает, как американцы высаживаются на Луну (Говорухин начинает действие в конце 60-х). С интересом, кажется, смотрят. Но ни в каких разговорах они при этом не участвуют. Ни о Луне, ни о литературе, ни о цензуре и сделках с совестью. Я уже отметил, что они танцуют? Ага, и очень стильно выглядят.

кпэ1

Тут, как говорится, не до теста Бехдель. Героинь, отчётливо названных по имени, в фильме не менее пяти, но в единственной сцене, где одна женщина слышно разговаривает с другой, разговаривают не женщины. Просто второй секретарь райкома комсомола Белла Константиновна переводит доярке-ударнице Линде Пейпс слова Лентулова с русского на эстонский.

НЕЗАЧЁТ 2/3

Послесловие

Вообще, хотелось бы поговорить о чём-нибудь красивом. Вот как же красиво, например, быть писателем. Летняя, скажем, ночь. Фильм С. Говорухина. Ты писатель. Сидишь в чердачном этаже в центре Таллина с сигаретой в зубах. Стучишь при лампаде по пишущей машинке. На тебе галстук. Хрен знает, почему ты среди ночи в галстуке. Но красиво, очень красиво. Говорю совершено искренне. Шоб я так сидел.

кпэ9

Но есть одна зудящая деталь. А именно, белоснежная рубашка. С чего бы это она белоснежная? Ты вроде и Бахусу служишь каждый вечер, и день начинаешь с похмелья, и стиральной машины у тебя, во-первых, нет, потому что дорого и не достать. А во-вторых, если б и была, так всё равно ж советская — котят в ней только давить, а не рубашки белые стирать.

Кто тебе выстирал рубашку? Да ещё и погладил?

Да Марина конечно, кто ж ещё. Та самая, к которой ты заваливаешься среди ночи, в жопу пьяный и битый, с «набухающей царапиной у виска», а она садится рядом, «грустная и немного осунувшаяся», и «ласково гладит тебя по волосам», приговаривая:

«Бедный мальчик… Бедный мальчик… Бедный мальчик…»

Видишь? И жалеют тебя даже. Как же, мать честная, хорошо быть аристократом пера и пениса.

кпэ7

Это я, кстати, уже по Довлатову цитировал. Наверное, можно склонять Говорухина за то, что он сделал из пёстрого довлатовского балагана анемичную, глянцевую кинооткрытку. Но в том, что он вымарал из первоисточника весь феминизм, Говорухина не обвинишь. Инициативную, прямолинейную эстонку Тийну он добросовестно перенёс на экран. А с прочими женскими образами в «Компромиссе» большие проблемы. Хуже того, сплошь и рядом попадаются перлы вроде хрестоматийного монолога «Женщины любят только мерзавцев» («Компромисс одиннадцатый»).

Но если кто побежал/а вытаскивать из книжного шкафа «Компромисс» и бросать его в макулатуру на акции движения «Раздельный сбор«, то повремените ещё пару минут.

Во-первых, «Компромисс», в отличие от его говорухинской экранизации, проходит тест Бехдель. В «Компромиссе шестом» вместо главного героя — главная героиня, журналистка Лида Агапова. Она там обсуждает с завотдела пропаганды Ниной Игнатьевной рубрику «Встреча с интересным человеком». Потенциальные кандидатуры «интересных людей» — сплошь мужчины, но речь всё же идёт о рабочем задании и тонкостях ремесла.

Во-вторых, заканчивается «Компромисс шестой» следующей сценой:

«Лида приоткрыла дверь в комнату мужа, залитую голубоватым светом. Вадим лежал на диване в ботинках.

— Могу я наконец поужинать? — спросил он.

Заглянула дочь:

— Мы уходим.

У Тани было хмурое лицо, на котором застыла гримаса вечного противоборства.

— Возвращайся поскорее…

— Могу я наконец чаю выпить? — спросил Вадим.

— Я, между прочим, тоже работаю, — ответила Лида.

И потом, не давая разрастаться ссоре:

— Как ты думаешь, Меркин — интересный человек?..»

К. З.

Тот самый Мюнхгаузен (1979)

Режиссёр Марк Захаров; сценарий Григория Горина; музыка Алексея Рыбникова.

В главных ролях: Олег Янковский, Инна Чурикова, Елена Коренева, Игорь Кваша, Александр Абдулов, Леонид Ярмольник.

Посмотреть самый романтичный шедевр застойного кинематографа можно здесь.

tsm3

Говорящих/поющих женщин в «Том самом Мюнхгаузене» пять. Перечислю в порядке появления:

  1. Марта, гражданская жена барона
  2. Якобина, официальная жена барона
  3. Безымянная «советница герцога» (так на «Кинопоиске»)
  4. Безымянная покупательница гвоздик в начале второй серии
  5. «Пастушка» Берта (Любовь Полищук), исполнительница поминального шлягера «Мы с бароном танцевали на Луне»

Стоит ли пояснять, что говорят и поют эти женщины не друг с другом. Лишь на 38-й минуте второй серии Рамкопф-Абдулов затаскивает Марту в карету Якобины, и там, в его присутствии, между жёнами барона Мюнхгаузена происходит короткий разговор. Отгадайте с одного раза, о ком.

НЕЗАЧЁТ 2/3

Послесловие №1

«Тот самый Мюнхгаузен» — один из лучших советских фильмов о бунте Хорошего Человека против мещанства и приспособленчества. В 60-е годы герои такого кино бежали в тайгу и науку, чтобы совершать великие открытия или, по крайней мере, беззаветно служить народу. Вернее, они бежали в тайгу-науку и после 60-х, но хорошего, искреннего кино из общественно-полезных подвигов уже не получалось. Если в 1971 г. Визбору в манерном и прекрасном «Ты и я» ещё удаётся более-менее убедительно удрать от вещизма и конформизма в Сибирь, то к 1979-му такие шестидесятнические фокусы в приличных фильмах больше не катят. Басилашвили в «Осеннем марафоне» не бежит вообще никуда — так и падает на брегах Невы, подкошенный средой и собственным малодушием. Ну, а Янковский-Мюнхгаузен под руководством Горина и Захарова уносится в аллегорию, сказку и карамельную Германию конца XVIII века.

tsm1К чему я это всё в нашем краснознамённом блоге им. Л. Уоллес и Э. Бехдель? К тому, что эволюция мужских образов в хорошем советском кино антимещанской направленности (от героических физиков-геологов до барона Мюнхгаузена и стоматолога Фарятьева с его фантазиями о пришельцах) сопровождалась полномасштабной деградацией образов женских. Таня в «Неотправленном письме» (1959) стойко гибнет в поисках алмазов наравне с коллегами-мужчинами; Лена в «Июльском дожде» (1966) ходит на интересную работу и ведёт умные беседы. Конечно, и в оттепельных киношедеврах в авангарде борьбы с мещанством и двуличием шагают мужчины, но ни у кого не возникает сомнений, что женщины тоже солдаты на этой войне — активные, беспокойные, ищущие и т. д.

К началу 80-х советские киногероини выродились в Марту из «Того самого Мюнхгаузена» — хрустальную мечту советского интеллигента мужского пола о «самых любимых и преданных женщинах», про которых пел Высоцкий.

tsm8

Ближе к концу первой серии «ТСМ» аллегорический немецкий социум начинает давить на Мюнхгаузена не по-детски: мол, извольте быть как все, господин барон. Тот в шоке спрашивает у Марты: «Ты тоже так считаешь?» — и тут же затыкает ей рот ладонью: «Нет, не говори. Я сам».

И то правда: о чём тут говорить? Марта, по собственному признанию, — «обыкновенная женщина», желающая не полётов на Луну, а законного брака и семейного очага. В первой серии всё с ней понятно. Во второй серии тоже понятно, но по-другому: там оказывается, что Марта — типовая жена декабриста. Она достойна восхищения, ибо любит и ценит Мюнхгаузена именно Таким, Какой Он Есть. Её героизм и подвиг в том, что она готова унять свою приземлённую, мелкобуржуазную бабью натуру и, обливаясь слезами, терпеть ради Великого Человека всё, включая 32-е мая, о существовании которого барону позарез понадобилось объявить именно на бракоразводном процессе.

Когда Мюнхгаузена сажают в тюрьму, Марта так и говорит ему на свидании:

— (телепатически, под музыку Рыбникова) Я согласна вернуться. Я буду терпеть.

Короче, как сказал поэт, ах, какая женщина, какая женщина, мне б такую. Мюнхгаузен, как интеллигентный человек, тоже высоко ценит подобную самоотверженность. В финальной сцене он даже доверяет Марте зажечь фитиль у пушки, из которой полетит на Луну.

tsm7

Если Марта в исполнении Елены Кореневой — сияющий идеал для позднесоветского романтика, то официальная жена Якобина (Инна Чурикова), видимо, демонстрирует нам, какой женщина быть не должна. Героиня Чуриковой коварна и двулична, что твой Макиавелли, но это ещё полбеды. Самое страшное в том, что она нескромна и неженственна: своенравная, острая на язык, фехтованием занимается, любовников имеет, мужиками командует. Ужас ужасный.

Вообще, образ Якобины сильно смахивает на «феминистку-пугало» (straw feminist) голливудского разлива. Видно, страшный призрак женской эмансипации не прошёл мимо Горина-Захарова. В одной сцене — во время бракоразводного процесса — они даже вкладывают в уста Якобины реплику откровенно феминистического содержания:

— Развод отвратителен не только потому, что разлучает супругов, но и потому, что мужчину при этом называют свободным, а женщину — брошенной…

Ну, а комментарием к речи Якобины в суде, напомню, служит шуточка про женскую логику:

— О чём это она?

— Барона кроет.

— И что говорит?

— Ясно чё: подлец, говорит, псих ненормальный, врун несчастный…

— И чего хочет?

— Ясно чего: чтобы не бросал.

— Логично.

tsm9

Послесловие №2 (очень личное, предупреждаю)

Одним послесловием к такому фильму, как «Тот самый Мюнхгаузен», не отделаешься.

В подостковом возрасте я зачарованно пересматривал «ТСМ» всякий раз, когда его показывали по телевзору. Это замечательное кино — остроумное, многослойное, лёгкое, не принимающее себя всерьёз. Впечатление, которое производит на мальчиков с поэтическим сдвигом по фазе история пылкого нонконформиста Мюнхгаузена, трудно выразить словами. Помню, после каждого просмотра я чувствовал опьяняющую смесь радости от того, что у меня впереди целая жизнь, и горького подозрения, что в этой жизни не будет женщины столь же прекрасной и всепонимающей, как Марта пера Г. Горина в исполнении 26-летней Елены Кореневой.

Лет в 16 или 17, под Новый год, я даже написал слова на бессмертную мелодию Рыбникова. Было там что-то вроде:

Не будет счастья — так останется печаль,

и хватит глаз, когда для нас погаснут звёзды.

Прошу тебя: не отвечай.

Я научусь не замечать

пустыню вечности у своего плеча.

И т. д.,  и т. п. «Прошу тебя: не отвечай», видимо, поэтический эквивалент сцены, где Мюнхгаузен затыкает Марте рот и приказывает: «Нет, не говори. Я сам».

За двадцать лет, которые прошли с тех пор, я, среди прочего, понял две вещи:

  1. Популярные причитания на тему того, что анализ (гендерный, социальный, исторический, лингвистический и т. д.) убивает любовь к произведениям искусства, — почти полностью фигня. Чем больше ты замечаешь в фильме или книге, тем трёхмерней, запутанней и, в конце концов, интересней становится художественное пространство.
  2. В настоящую, живую женщину, напоминающую Марту из «ТСМ» (такие, увы, встречаются), на самом деле невозможно влюбиться. Влюбляться тянет в жещин, который при просмотре захаровского фильма отождествляют себя с Мюнхгаузеном, а не с Мартой, — или же не отождествляют себя ни с кем.

(См. также комментарии к этой записи.)

502

К. З.

Кино про Алексеева (2014)

Режиссёр Михаил Сегал

В главных ролях: Александр Збруев, Алексей Капитонов, Татьяна Майст, Ксения Радченко

Посмотреть трейлер можно здесь.

alex 3

 

Честно постараюсь разобрать «Кино про Алексеева» без страшного спойлера.

Кино, сознаюсь сразу, мне понравилось. Но не тем, как оно прошло тест Бехдель. Потому что тест оно не прошло.

Первый раз женщины разговаривают на 26-й минуте: Архиповой Лидии Сергеевне звонит «Елена Васильевна из Москвы», чтобы поблагодарить Алексеева за свою счастливую молодость. Незачёт.

Затем, на 37:45 и 40:30, по паре секунд разговаривают Лика (жена Саши, друга Алексеева) и Ася (будущая жена Алексеева). Их первый, эээ (смущённо прокашливается), диалог — о том, что Алексеев «уже здесь». Второй диалог тих и неразборчив. О чём он? Ну, суть всего эпизода — сводничество: Лика-Саша пригласили Асю и Алексеева, чтобы познакомить и «нечаянно» отправить в театр. Едва ли Ася и Лика шепчутся о ремонте синхрофазотрона, последнем номере «Нового мира» или программе Московского кинофестиваля. Незачёт.

На 66-й минуте наступает новый 1972-й год на чьей-то даче, далёкой от народа (я в своём периферийном рабоче-крестьянском детстве даже не подозревал, что в СССР бывают все эти дачи, которыми наполнен сериал «Оттепель» и прочие марципановые киноленты про золотой век советской элиты). Хозяйка дачи обращается к будущей Архиповой Лидии Сергеевне: «Ой, девочка, можешь помочь, а?.. (Суёт ей в руки вазочку с конфетами.) Щас, подожди ещё…» Да понимаю, понимаю я, что никакой это не разговор. Но зато не про мужчин! Правда, имени у хозяйки всё равно нет. Что ты будешь делать. Незачёт.

Итого, НЕЗАЧЁТ 2/3

alex 4

Послесловие 

Погостим ещё немного на далёкой от народа даче. Очень уж она хороша. Пока девочке Лиде суют вазочки с конфетами, взрослые вокруг новогоднего стола ведут интеллигентский спор о кинематографе и природе любви. Именно на этом месте «Кино про Алексеева» могло бы запросто пройти тест Бехдель, если бы М. Сегалу пришла в голову революционная мысль: мать честная, разговаривать могут не только мужские, но и женские персонажи! Ай да Сегал, ай да сукин сын! Женщин в кадре у нас примерно столько же, сколько мужчин, так почему бы, чёрт возьми, им не открыть рот? Пускай женщина скажет: «Скажи мне, а почему я не должна смотреть это кино?» А Лика ей: «Наташ, потому что это пошлость». А Наташа в ответ: «А кто не пошлость? Это твоё вот это Феллини-Пазолини?» И дальше по тексту, с постепенным привлечением Саши, Антоши и проч.

Но обошлось без революций. И про Феллини-Пазолини, и про любовь-морковь, понимаемую слишком «утилитарно», на нашей новогодней даче говорят только обладатели Y-хромосомы и небритости. Ася, правда, в одном месте вставляет восхищённое «Абсолютно!» и даже берётся было отвечать на вопрос Алексеева «Что такое любовь?»: «Нууу, это когда…» «Нет!» — немедленно перебивает Алексеев. И произносит сюжетообразующую мудрость, подслушанную у Тарковского на съёмках «Андрея Рублёва».

alex 1

Женщина, присутствующая при рождении мудрости (см. картинку), кстати, тоже ни разу не открывает рта. Ей, в отличие от актёров с Y-хромосомой, своё мнение высказывающих, нечего сказать о любви гениальному Тарковскому.

Всё это, стоит ли напоминать, прекрасно укладывается в образ женщины, завещанный нам бардовской песней. Процитируем типовую строфу, раз фильм у нас про барда:

Не скучай! Не скучай!
И в окно не гляди часами,
Ведь февраль — он короткий самый,
Ну а в марте меня встречай.

Как видим, женщина — большой друг бывалого барда и скромного КСПэшника. Зимой она сидит на кухне и преданно скучает, пока бард колесит по Африкам и поднимает паруса на бригантине во флибустьерском дальнем синем море. Летом она едет с ним на Грушинский фестиваль, помешивает перловку в его котелке и самозабвенно подпевает его песням. Она любит его, потому что видит в нём нечто такое, чего не видит больше никто, и бывает даже, что — но тут я умолкаю, потому что обещал обойтись без страшного спойлера.

В общем, смотрите «Кино про Алексеева». Как-никак, идеал женщины, описанный выше, придумал не Михаил Сегал.

К. З.

alex 5

 

Белое солнце пустыни (1969)

Режиссёр Владимир Мотыль

В главных ролях: Анатолий Кузнецов, Спартак Мишулин, Кахи Кавсадзе, Раиса Куркина, Татьяна Федотова

Около 50 млн. зрителей (второе место в прокате 1970 г.)

Посмотреть можно здесь.

bspa

Вы, конечно, будете смеяться, но «Белое солнце пустыни» чуть не прошло тест Бехдель. В любимом фильме советских и постсоветских космонавтов целых одиннадцать героинь с именами. Помните? Освобождённые женщины Востока Зарина, Джамиля, Гюзель, Саида, Хафиза, Зухра, Лейла, Зульфия и, разумеется, Гюльчатай, а также жена Верещагина Настасья и супруга товарища Сухова незабвенная Катерина Матвевна.

Катериной Матвевной, музой шедевральных суховских писем пера Марка Захарова, фильм, собственно, и начинается. Однако говорить Катерине не положено, потому как роль её – томно ходить с коромыслом и быть славянской мадонной без младенца на фоне берёз.

bspc

Настасья говорит относительно много, но с Верещагиным. Содержание её реплик можно суммировать призывом «Пашенька, не ходи с ними, погубишь себя не за грош!» Иными словами, пара Настасья-Верещагин разыгрывает классический скетч «Баба Против Священного Долга»: таможенник Верещагин, которому «за державу обидно», мается и рвётся помочь товарищу Сухову, а жена всё тянет его обратно в болото семейного уюта с павлинами-мавлинами и фотографическими карточками в рамках.

Наиболее массированную атаку на бехделевский редут «Белое солнце пустыни» предпринимает на 44-й минуте, когда целых семь членов бывшего гарема Абдуллы по очереди жалуются друг другу на нового мужа (ещё не побил даже ни разу!) и винят в его холодности Гюльчатай  («она его плохо ласкает»).

Редут не взят, но за этой сценой следует утешительный приз – диалог т. Сухова и Гюльчатай.

bspb

В качестве преамбулы вспомним обращение т. Сухова к гарему на 28-й минуте:

— Товарищи женщины! Революция освободила вас. У вас нет теперь хозяина. Нет господина… Забудьте вы к чертям своё проклятое прошлое. Вы будете свободно трудиться, и у каждой будет отдельный супруг.

Наедине с Гюльчатай т. Сухов продолжает расписывать прелести моногамии:

— Ну разве плохо? Одну тебя любит муж. Одной тебе презенты дарит. Заботится, бережёт. Плохо?

— Хорошо.

— Ну вот!

Но Гюльчатай видит всю эту советскую эмансипацию насквозь. Она начинает загибать пальцы:

— Одна жена любит. Одна одежду шьёт. Одна пищу варит. Одна детей кормит… — молча загибает ещё несколько пальцев. – И всё одна?!?

— Ничего не попишешь, — констатирует Сухов.

— Тяжело!

— Конечно, тяжело.

Остаётся только поместить эту бородатую шутку в исторический контекст. На дворе киностудии 1969 г. Шитьём, пищей, детьми и т. д. (см. загнутые пальцы Гюльчатай) освобождённая советская женщина освобождённо занимается после полного рабочего дня.

НЕЗАЧЁТ 2/3

К. З.

Третья Мещанская (1927)

Режиссёр Абрам Роом

В главных ролях: Николай Баталов, Людмила Семенова, Леонид Юренев, Владимир Фогель

Посмотреть (без звукового сопровождения) можно здесь.

tm1

На излёте НЭПа смазливый печатник Володя приезжает в Москву, находит работу без предоставления жилплощади и подселяется в цокольный этаж к другу Коле и его жене Людмиле. Комната, естественно, одна, и в ней немедленно выстраивается любовный треугольник.

Оценивать немые фильмы по шкале Бехдель — дело заковыристое, но к «Третьей Мещанской» вопросов нет: тест она проваливает, хотя и без треска. Говорящих женщин всё-таки показывают (за десять минут до конца), и беседуют они, пожалуй, не совсем о мужчинах, поскольку сидят в очереди на аборт, сползая в обморок от страха, или же выглядывают из операционной в белом халате, чтобы выкрикнуть номерок. Но имя, к сожалению, есть у только у Людмилы.

В общем, НЕЗАЧЁТ 2/3

tm2

Послесловие

«Третью Мещанскую» сняли задолго до позднесоветского возвращения к ядрёным семейным ценностям (см. «Мачеха» и «Романс о влюблённых»), и кончается она эмансипацией, хотя и с лёгким душком pro-life. Людмила, промаявшаяся весь фильм без работы, сбегает и от аборта, и от своего двойного мужика, оставив на столе записку: «Уезжаю… Больше не вернусь на вашу Мещанскую». При этом подбадривает себя: «Ничего… Работать буду… Не пропаду». Последний раз мы видим её в поезде, у окна; в глазах решимость и надежда. Поезд, надо полагать, несётся в светлое созидательное будущее без пошлых обывательских страстей.

Напоследок минута рекламы. Если хотите узнать больше об историческом контексте и идейном содержании «Третьей Мещанской», да ещё и в самой развлекательной форме из всех возможных, обязательно смотрите это кино с музыкальными комментариями Псоя Короленко (см. отрывок). А если у вас есть лишний миллион евро, отдайте, пожалуйста, его Псою: пусть он бросит все дела и запишет звуковые дорожки ко всем остальным кинохитам двадцатых.

К. З.

tmpsoi